Понедельник начался с тишины. Задач мне поставлено не было, и утро я провел в неспешной истоме. Истома надоела не скоро, но наконец захотелось действовать. Я написал вопрос Николаю и получил распоряжение отдыхать. Что ты будешь делать… — подумал я.
Николай и Сергей находились в городе по случаю своих выходных. Они не обязательно совпадают с концом недели. В усадьбе было пустынно — я вышел пройтись и никого не встретил. У кого-то выходные, кто-то на маршруте; большинство волонтеров разъехались. Летняя тишина висела в воздухе.
У меня все же имелась одна задача, для которой сейчас, кажется, настал подходящий момент. Директор попросил моего мнения по поводу разного электронного оборудования. Исследование вопроса требовало несколько часов, а сейчас они у меня были. Эти часы пролетели как одна минута. Подытожив результат в сводном документе, я посмотрел в окно. Близился вечер. На болоте стоит морошка… надо собрать — таков был незатейливый ход моих мыслей, пока я разглядывал очертания холма за кружевом тюля.
Захватив уже привычный контейнер, я отправился на знакомое болотце за хоздвором, а затем и на следующее по тропке ко второму ручью. В этот раз цейтнота не было и я наполнил морошкой контейнер так, что крышку пришлось придавить. Достаточно, подумал я. Красных ягод стояло еще много, можно будет прийти потом. В моем холодильнике именно на этот случай была припасена упаковка творога. Я присыпал ягоду сахаром, подождал пока она даст сок, а затем устроил вечернюю трапезу из творога со свежей морошкой. Было вкусно. Так, в тишине и покое прошел первый рабочий день недели. Оказалось, это неспроста — вскоре накопленные силы мне потребовались.
Меня давно предупреждали, что наступит день, когда я буду ходить с Натальей по стационарам и помогать вести разный учет. Это время пришло. Сегодня предстояло идти на гору считать жужелиц и мышей. Мое недавнее желание начало сбываться. Сбывалось оно в нестерпимо ясный день, когда прогноз обещал 26 градусов в тени. Тени на горе снизу видно не было. На сегодня у меня уже были запланированы водные процедуры, но было похоже, что начнутся они раньше, чем я доберусь до бани.
Готовился я тщательно. Надел самую легкую одежду, вынул из рюкзака все, что можно было не брать с собой, запасся водой, и сделал пару бутербродов. Я взял с собой монокуляр, который мне дала Татьяна — хорошая возможность его испытать. Парадоксально, но мне все еще хотелось подняться на холм. Мы вышли не рано — после десяти. На этот раз подъем проходил по более крутому каменистому склону — я был этому рад. В ровной лесной части тропы идти было хорошо — дневная жара еще не совсем наступила, а лес давал достаточно тени. Впрочем, долго это не длилось. Как только мы преодолели подножие холма, лесная тень поредела. Начался долгий подъем. Я шел налегке и, в общем, трудно не было — утомляла только жара. Прямой солнечный свет в неподвижном воздухе в сочетании с интенсивной физической нагрузкой скоро выжал из меня немалые запасы влаги. Девушки шли без видимого напряжения, а я шумом своего дыхания напоминал паровоз.
Неожиданно для меня, вскоре мы сделали остановку для отдыха. Недурно — подумал я, если так пойдет, то можно даже выжить. Мы посидели в беседке на тропе, подергали чернику, которая уже вполне поспела, посмотрели по сторонам и двинули дальше. Следующий переход был длиннее и тени по дороге было все меньше, а в конце она и вовсе исчезла. Мы вышли на широкие каменные обнажения. Солнечные лучи распространялись от источника строго перпендикулярно нашей стороне холма и достигали ее с максимально сохраненной энергией. Кажется, это называется солнцепек — лениво проползла мысль. Здесь мы сделали второй привал.
Не теряя времени, я направился к ближайшей альпийской березе, тень от которой падала на плоский камень, покрытый черничным ковром. На этот ковер я и улегся. Береза неспешно шевелила надо мной просвечивающими на солнце листьями, а над ней плыли синие глубины небес. Восстановив дыхание, я, не вставая, принялся за окружающую чернику. Здесь, на холме, она не всегда была сладкой, но всегда оказывалась очень душистой.
Третий переход, наконец, вывел нас на искомое место — это был плавный выступ недалеко от вершины холма и лишь немного уступающий ей по высоте. Здесь мои спутницы решили перекусить перед началом работ, а я, после еще одной лежки в тени, был отправлен осматривать достопримечательности. Мы договорились встретиться на тропе по другую сторону от вершины. Ориентиром служили видимые отсюда камни, где растет криптограмма.
Достопримечательностью, которая интересовала меня еще с прошлого визита был Лисий ручей — в прошлый раз мы его не посетили по причине спешки. Русло ручья лежит в ложбине холма и хорошо различимо по яркой полосе свежей зелени вдоль него. Двигая по траверсу в направлении ручья, я мог хорошо разглядеть тундру. Она уже начала приобретать красные цвета — чего не было в наш прошлый визит. Красивый мозаичный рисунок из оттенков зеленого, желтоватого, красного уже наметился. Идти было легко — склон был пологий, а тундровая подстилка не толстая. Иногда попадались полянки ягеля, а также ерники — заросли кустарниковой березы.
Вскоре я достиг каменных осыпей, где растет криптограмма — это был ориентир. По дороге я прошел русло другого, маленького ручья, обильно поросшее обычным папоротником яркого светло-зеленого цвета. Сейчас предстояло спуститься к моей цели — Лисьему ручью, который начинался ниже. Склон здесь был довольно крутой и обильно покрытый крупными каменными обломками. С жарой я уже свыкся и старался только двигаться неторопливо, чтобы не слишком разогреваться. Ложбина Лисьего ручья была заполнена зеленью — здесь растут даже крупные деревья — береза и сосна. К моему разочарованию, вода в ручье оказалась хотя и не совсем стоячая, но текущая очень медленно — местами русло и вовсе было сухое. Надежда на неограниченное пополнение запаса питьевой воды испарилась.
Выбраться из ложбины оказалось труднее, чем в нее сойти — пришлось применить четвереньки. Вскоре я был наверху и, по знакомым уже местам, быстро добрался до настила. Час времени, который был отведен мне на прогулку истек двадцать минут назад. В воздухе повис неизбежный вопрос — девушки еще не пришли или уже ушли? По направлению вниз тропа просматривалась почти по всей длине за исключением складки на середине пути. По направлению вверх она просматривалась целиком и на ней никого не было. Я решил вначале проверить, нет ли их за выступом внизу. Пройдя метров триста я убедился, что внизу их нет. Но что могло задержать их наверху? Наверное, перекусывают на скамейке, подумал я. Придется пойти посмотреть.
До вершины холма было метров шестьсот по тропе и примерно семьдесят по высоте. Солнце переместилось вокруг холма вместе со мной — лучи его сохраняли максимальную ортогональность к поверхности. Меня такие мелочи остановить уже не могли. Я бодро двинул наверх и прошел уже большую часть пути, как что-то привлекло мое внимание. В отдалении, за двумя озерами я заметил дым. Тут и пригодился монокуляр. С его помощью удалось рассмотреть дым как следует. Было не похоже, что это контролируемый очаг. Определив по карте его расположение, я выяснил, что до него 20-25 км по прямой, а ближайший населенный пункт — Африканда.
Самого очага не было видно — дым поднимался из-за невысокого холма сразу за озером. Что располагается в том месте, я не знал. Это могло быть какое-нибудь предприятие, а мог быть лесной пожар — было видно, что холм покрыт плотным лесом. День был жаркий, пожароопасность была значительная, и я решил не оставлять это на авось. Помня инструкции Григория Куксина в Бузулукском бору, я набрал телефон службы спасения и передал им свои наблюдения, которые они обещали передать пожарным.
Тут мне дозвонилась Наталья и сообщила, что они ждут меня в условленном месте. Присмотревшись, я увидел их далеко внизу и потопал в том направлении. Остаток спуска мы совершили по дальней части тропы, которая в основном покрыта настилом. Таким образом, за два визита мне удалось пройти этой тропой в обоих направлениях. Вниз по настилу идти оказалось еще труднее, чем вверх. Он установлен под уклоном, и на каждом шаге стопа стремится скользить вниз внутри ботинка. От этого ткань носков сильнее вминается в кожу и легко можно натереть мозоли на пятках. На плавном уклоне шаг стремится разогнаться и нужно все время сдерживать ускорение. В общем, я не большой любитель настилов.
Вернулись мы довольно поздно — в районе пяти. Сегодня я хотел постирать — а по результатам похода стирка и вовсе становилась необходимой. Заодно нужно было и помыться. Зайдя домой, несмотря на усталость, пришлось собрать белье, взять моющие принадлежности, чайник, и двинуть в баню. Полотенце я при этом взять забыл. Процедуры стирки и помывки была уже знакомы, и вскоре были окончены, разве что обсыхать пришлось так. Вернувшись домой, я, наконец, поел. Сейчас нужно было бы отдохнуть, но время было уже вечернее и спать не стоило. Я подмел пол в комнате, и сел за печать текста. Отдыха после похода не получилось, и я чувствовал себя утомленным. Сегодняшняя жара обещала красивый закат, и я думал было снова пойти на лодке, но вынужден был от этой мысли отказаться — сил уже не было.
Я брел забирать белье из машинки. Вечер снова был тихий, никого не было видно, и я был погружен в свои мысли. Вдруг я услышал негромкий голос. Подняв глаза, я увидел Светлану — дежурную по охране, которая, обращаясь ко мне с пригорка под конференц-домом, звала меня подойти. Когда я это сделал, она сказала — Давай руки — и протянула мне что-то в ладонях. Я подставил свои, и у меня в руках оказалась горсть свежесобранной клубники. Видно было, как удивление на моем лице позабавило Светлану. Вон там еще смородина растет, уже спелая — сообщила мне она. Клубника была очень душистая и сладкая. Я съел ее всю, прежде чем дошел до бани.